Экспресс-консультация - Средство от страха

для -адреса За дополнительной информацией обращайтесь по адресу .

Л. Толстой. О ЖИЗНИ

[72] В ряду изображений"Строители мира", в котором я пытаюсь пояснить творческие устремления духа самыми яркими типами, а типы, в свою очередь, образами, этот том противопоставляется двум другим и дополняет их. В"Борьбе с демоном" показаны Гёльдерлин, Клейст и Ницше как три различных воплощения гонимой демоном трагической душевной природы, переступающей в борьбе с беспредельным границы, положенные как ей самой, так и реальному миру.

Путь"Трех певцов своей жизни" ведет не в беспредельный мир, как у первых, и не в реальный, как у вторых, а обратно - к собственному"я". Важнейшей задачей своего искусства они невольно считают не отражение макрокосма, то есть полноты существования, а демонстрирование перед миром микрокосма собственного"я": В то время как создающий мир поэт, [73] , как его называет психология, тс есть обращенный к миру, растворяет свое"я" в объективности произведения до полного исчезновения личности совершеннее всех Шекспир - как человек, ставший мифом , субъективно чувствующий, [74] , обращенный к себе, сосредоточивает весь мир в своем"я" и становится прежде всего изобразителем своей собственной жизни.

От смертного страха человека может спасти живая вера, упование на милость Божью. Но, к сожалению, Толсто далек от Церкви.

Принадлежит к отделению мирных. Больной одержим манией, называемой немецкими психиатрами 1. Пункт помешательства в том, что больной считает возможным изменить жизнь других людей словом. Частые переходы от злости и раздражительности к ненатуральной слезливой чувствительности. Крепкое здоровье Льва Николаевича Толстого — упоминалось в мемуарной литературе столь часто, что стало частью его образа. Слава о несокрушимом здоровье писателя распространилась и за пределы России: Стефан Цвейг отзывался о нем как о воплощении физической и духовной силы.

Если бы я был сочинителем книг, я составил бы сборник с описанием различных смертей, снабдив его комментариями. Кто учит людей умирать, тот учит их жить. Одно имя особенно привлекло его внимание. Даже не имя — инициалы, которые Достоевский, обращаясь к этнографу и юристу Е. Якушкин, увы, выполнить просьбу не в состоянии.

Сначала эгоистичный страх смерти близких, затем - боязнь своего исчезновения. Толстой всматривался в смерть пристально.

Вслед за последовательным изложением всех Евангелий Толстой дает свое понимание смысла евангельского учения: Все его сочинения заканчиваются критикой учения Церкви. Церковь воспринимается им как понятие социальное, экономическое, политическое, но не духовное. Толстовство Ещё в молодости, будучи летним офицером, Лев Николаевич сделал в своём дневнике следующую запись: Этой гордой идее Толстой и посвятил всю вторую половину своей жизни от конца х годов до смерти в году.

Итак, в планах Толстого было создание общечеловеческой религии. Толстой разработал особую религиозную идеологию ненасильственного анархизма анархо-пацифизм и христианский анархизм , которая основывалась на рациональном осмыслении христианства. Он также распространял брошюры с описанием своего собственного понимания христианства, далёкого от православного. Толстовство нашло последователей в Западной Европе, Японии, Индии.

Сторонником толстовства был, в частности, Махатма Ганди. В —х годах создавались толстовские колонии в Англии и Южной Африке. Эта позиция непротивленчества зафиксирована, согласно Толстому, в многочисленных местах Евангелия и есть стержень учения Христа, как, впрочем, и буддизма. В своих религиозных взглядах Толстой был близок к теософическим и оккультным учениям, развивающим мировоззренческие принципы, общие для буддизма, иудаизма и ислама.

Страх смерти обратно пропорционален хорошей жизни. (Л. Н. Толстой)/...

Страх смерти обратно пропорционален хорошей жизни. Толстой Другие, напротив, любят здравый смысл: Наконец, третьи предпочитают в любой ситуации идти на лобовую атаку со своим страхом. Пусть будет самое плохое, наплевать! Мы должны использовать мысль, если хотим правильно оценивать ситуацию и не путать свою фантазию прогноз с реальным положением дел.

Феномен смерти и бессмертия человека в творчестве Л. Н. Толстого. (к летию со дня . Вторую причину страха смерти Л. Толстой видит в том, что.

Скрыть рекламу в статье О страхе смерти Шопенгауэр с юных лет был очень поглощен великими вопросами человеческого бытия. Вопрос о ней был одним из наиболее интересовавших его. Боязнь болезни и смерти была у него так велика, что во время первой холерной эпидемии года он покинул Берлин под влиянием смерти Гегеля, умершего от холеры и переехал во Франкфурт, где не было холеры. Невозможность избегнуть ее навела его на пессимистическую философию.

Во все времена литература, как и философия, была очень занята задачей смерти. Эдмонд Гонкур рассказывает в своем дневнике, что при встречах с товарищами вопрос этот всего чаще составлял предмет их беседы. Вот содержание одной из них: Додэ говорит, что для него это навязчивая идея, отрава жизни, и что он никогда не переходил на новую квартиру без того, чтобы глаза его не поискали места и вида собственного гроба.

Взгляд его никогда не падает на это окно без того, что он не спросил себя, кто первый спустится через него: Да, с этого дня смерть всегда в глубине наших мыслей и часто… ночью, глядя на мою жену, которая не спит, я чувствую, что она думает о ней, как и я, и мы остаемся так, никогда не намекая на то, о чем думаем оба… из чувства стыда, да, известного рода стыда. Из всех современных писателей, бесспорно, всего более занимался задачей о смерти Лев Толстой.

Читатель будет мне благодарен за приведение главных мест, касающихся этого вопроса. Пусть он вспомнит сначала приведенный выше рассказ об осаде Севастополя. Все перед опасностью ощущали страх смерти, но чувство это, особенно у летнего молодого человека, не овладевало всем его существом.

Новости сайта

Казалось бы, что атеизм Шопенгауэра должен был отделить богом упоенного Толстого от неверующего философа, но квиетизм и пессимизм сроднил их ближе, чем безбожие могло их разъединить. Из утверждения воли онтологической основы мира, по предположению Шопенгауэра , выражающейся в безнравственной борьбе во всей вселенной, немецкий философ посредством софизмов выводит теорию нравственности, основанную на отречении воли.

Нравственность — маленький моральный островок в бушующем море страстей и бездушного эгоизма, до которого воля не может дойти: Наша жизнь, говорит он, — сплошное страдание, хоть переменчивое, но неустранимое. Она также — сплошное желание, ибо воля ненасытна, и вместо одного удовлетворенного желания появляется множество новых, которых невозможно удовлетворить.

Илья Репин. Лев Толстой на отдыхе в лесу. Страх смерти возникает одновременно с появлением индивидуальности – если я.

В конце концов эти сомнения оформились в виде трех тезисов. Если нет высшего разума а его нет, и ничто доказать его не может , то разум есть творец жизни для меня. Не было бы разума, не было бы для меня и жизни. Как же этот разум отрицает жизнь. Или, с другой стороны: Разум есть плод жизни, и разум этот отрицает самую жизнь.

Вы точно человек?

К столетней годовщине смерти Льва Толстого И холод и сеча ему ничего Сел на постели и внятным голосом сказал окружающим: Словарь Ушакова дает значения: Фирменная негладкость в прозе Толстого совсем простительна на смертном одре. Не уверял ли Л. Однако словесная экспрессия и, главное, сел на постели вряд ли бы сопровождали погруженность сознания в подобные глубины метафизики.

Страх смерти в Толстом постоянен; правильнее - постоянен ужас перед Л. Толстой, ввел этот фальшивый аккорд в свое произведение, то лишь.

Толстой как мыслитель К диалектике его идейных исканий Л. Толстой не был философом в точном смысле этого слова, но он был серьезным и глубоким мыслителем, жившим напряженными, часто мучительными для него исканиями. Будучи страстной натурой с постоянной склонностью к крайним решениям, Толстой в своем максимализме не был, однако, достаточно свободным внутренно. Многое связывало его мысль, — и больше всего связывал его морализм, подчинение всех творческих движений души моральной сфере.

Но именно это подчинение всех тем жизни императивам морали связывало идейные искания Толстого и часто лишало его той трезвости духа, без которой нашему уму невозможно создать цельное и всеохватывающее мировоззрение. По яркости и силе личности Толстого, по творческой напряженности его духа можно было бы ожидать, что его мысль будет развиваться в сторону персонализма, то есть принципиального поставления в основу мировоззрения идеи личности и обоснования самого принципа личности.

Персонализм не отвергает, конечно, того, что человек включен в природу, во многом зависит от нее, но он подчеркивает и то, что человек возвышается над природой, оценивает и судит ее.

Три певца своей жизни (Казанова, Стендаль, Толстой)

Если бы я был сочинителем книг, я составил бы сборник с описанием различных смертей, снабдив его комментариями. Кто учит людей умирать, тот учит их жить. Одно имя особенно привлекло его внимание. Даже не имя — инициалы, которые Достоевский, обращаясь к этнографу и юристу Е. Якушкин, увы, выполнить просьбу не в состоянии. Достоевский старается не пропустить ни одного из них.

Слово может и убить, и сделать зло хуже смерти. что для них нет никаких нравственных преград, ни стыда, ни справедливости, ни даже страха.

В он отправился смотреть имение в Пензенской губернии, которое рассчитывал выгодно купить. По дороге заночевал в арзамасской гостинице. Заснул, но вдруг в ужасе пробудился: Свои чувства Лев Николаевич Толстой описал в незаконченной повести Записки сумасшедшего, над которой работал в — Страх смерти, ощущение пустоты и бессмыслицы жизни преследовали Толстого на протяжении нескольких лет. Он пытался искать утешения в философии, в православной вере и в других религиях. Но не получил ни от философов, ни от богословов понятного и близкого ему ответа о смысле жизни.

Философия и существующие религии представились Толстому бессодержательными и ненужными. Его неоднократно посещали мысли о самоубийстве. Кризис был преодолен на рубеже —х. Толстой приходит к признанию внеразумной, интуитивной народной религиозности единственным ответом на вопрос о смысле жизни. В опрощении, в уподоблении себя людям из народа, крестьянам он увидел предназначение и долг дворян, интеллигентов — всех, кто входит в привилегированные сословия.

При этом он не принял и не понимал народной веры в чудесное и потустороннее.

Л. Толстой и Достоевский

Удивительно хорошо бывает, когда ясно не то что поймёшь, а почувствуешь, что жизнь не ограничивается этой, а бесконечна. Так сейчас изменяется оценка всех вещей и чувств, точно из тесной тюрьмы выйдешь на свет Божий, на настоящий1. Ничто так не расширяет взгляда, не даёт такой твёрдой точки опоры и такой ясной точки зрения, как сознание того, что эта жизнь, несмотря на то, что только в ней мы можем и обязаны проявить свою деятельность, есть всё-таки не вся жизнь, а только тот кусок её, который открыт нашему взору2.

Мы говорим о жизни души после смерти. Но если душа будет жить после смерти, то она должна была жить и до жизни.

Это дано было и Л.Н. Толстому. Что ему открыла смерть . Было 2 часа ночи, на меня нашла тоска, страх, ужас такие, каких я никогда не испытывал.

Михайловский, заключая разбор последнего произведения гр. Толстого"Хозяин и работник", обмолвился, как бы в раздумьи каком-то, несколькими замечательными словами, которые нам показались и новыми, и неожиданными в этом писателе. Но прежде, чем привести их, и чтобы объяснить их значительность, скажем два слова о том, к чему они относятся.

Указывая на аналогию"Хозяина и работника" со"Смертью Ивана Ильича", рассказом"Три смерти" и отдельными эпизодами из других крупных произведений гр. Михайловский справедливо замечает, что чувство смерти, точнее - тревога о ней, как о заключении всех радостей земных, доминирует над всеми изумительно начертанными сценами"войны" и"мира","детства" и старости, семейных радостей и политических тревог, которые образуют необозримый и яркий ковер живописи великого художника.

Несправедливо он оговаривает далее, что этот страх, эта тревога есть лишь оборотная сторона его чрезмерной"жажды жизни","страстной привязанности к ней"; несправедливо - ибо под углом такого зрения знаменитый романист представился бы нам похожим на тех жадных сибаритов древнего мира, которые хотели бы удвоенно жить и после еды, напр. Страх смерти в Толстом постоянен; правильнее - постоянен в нем ужас перед тем сумраком, который нас ожидает после того, что мы зовем смертью, и который не есть ничто, не есть и что-нибудь определенное, нам сколько-нибудь известное.

Страх ли это неведения, тревога ли за грех свой, не открытый земле и который страшно открыть и небу - это личная тайна нашего великого писателя.

Смерть Ивана Ильича.Л.Н.Толстой (анализ)